Миледи Ротман. Владимир Владимирович Личутин
Чтение книги онлайн.
Читать онлайн книгу Миледи Ротман - Владимир Владимирович Личутин страница 25
![Миледи Ротман - Владимир Владимирович Личутин Миледи Ротман - Владимир Владимирович Личутин](/cover_pre4687.jpg)
Миледи вдруг отняла ладони от грудей: они колыбнулись, слегка подались вниз, но остались торчать. Она говорила прегрубо, чтобы скрыть внутреннюю робость. Еще не знал Ротман, что молодуха его соткана из капризов. На первый погляд, будто распахнутая книга, понятная каждой строчкою, но перевернул страницу, а там иль гибельный туманец, иль болотные павны, иль мокрая калтусинка, иль сухое веретье, иль няшистый ручей, – ступил ногою и увяз по рассохи, а то и с головою нырь – и поминай как звали. Миледи порывисто подалась навстречу, ей было стыло, зябко в норище, но и странно задорно; ей неожиданно понравилось играть, дразнить обнаженными телесами, подрагивать тяжелыми, ждущими утехи грудями, быть такою бесстыдною, откровенною во всем, каких показывают в нынешних распутных фильмах; ну, разбитная бабенка, оторви да брось, коя за бутылку вина, а то и просто из любопытства всю себя подарит в распыл. Бесстыдство дозволяло праздник плоти, снимало все запреты и остереги, когда всякое приличие казалось противным самой природе, сотворившей из зверя человека.
А прижалась так неловко, так стесненно, так нерешительно коснулась пуговицы на рубашке, будто не знала, с чего начать любовную игру, и сразу стало понятно, что по чужим постелям не шаталась, не салила рыжие кудри по чужим наволокам.
Нет, не лярва досталась Ротману, но небесный гостинец свалился прямо в руки.
– Не могу поверить, что все это богатство мое, – снова прошептал Иван и, как бы освобождаясь от наваждения, дурашливо хихикнул: – Какой капиталец достался, да ему не станет переводу. – Ротман не помогал Миледи, ему было сладко, как беспомощно шарится молодуха, освобождает мужа от одежд, порывисто вздыхает, будто обжигаясь горячим банным паром. После-то, что случится, – было Ивану знакомо до мелочей, это как в знакомое озеро войти да окунуться; но самые терпкие минуты вот эти, когда чаша наполнена до края и еще не пролито зря ни капли, когда все внутри запружено под напором, и кажется, что вот-вот лопнет, и вот это-то мгновение и хочется продлить до вечности, ибо его, первого шага, уже никогда не повторить: все войдет в привычную колею, колеса буднично заковыляют, поскрипывая в ступицах. День да ночь – сутки прочь.
Ротман стоптал костюмишко под ноги, что никогда не позволял себе, ласково приклонил жену к плечу; набрякшие сосцы влажно щекотнули кожу, словно бы по ней потекло молозиво. Продлевая блаженные минуты, Ротман зашептал жене на ухо, убрав рыжую шелковистую куделю:
Дарю тебе собачку, велю ее кормить,
Она тебя научит, как мальчиков любить.