Без Поводыря. Андрей Дай
Чтение книги онлайн.
Читать онлайн книгу Без Поводыря - Андрей Дай страница 15
![Без Поводыря - Андрей Дай Без Поводыря - Андрей Дай Поводырь](/cover_pre91470.jpg)
В похожем на амбар-переросток пустом цехе Томского железоделательного завода – тоже довелось побывать. Махровое средневековье! Даже не ожидал встретить чего-то подобного на, так сказать, одном из флагманов сибирской индустрии еще двадцать лет назад. Теперь вот решил взглянуть на то, что удалось создать генералу Чайковскому. На пустом месте и всего за год.
У моего плана была и еще одна цель. Я прекрасно себе представлял – что такое практически не обжитые, поросшие диким смешанным лесом холмы к югу от Иркутского тракта. И был абсолютно уверен, что даже зимой, по замерзшим рекам, моя карета там не пройдет. А вот верхом на выносливой коняшке, да с надежным проводником, – вполне вероятно пробраться. Но не бросать же надежный и привычный дормез в Калтайской! Вот и придумалось мне – отправить Апанаса с другими слугами дальше по тракту, в Колывань. Заодно, если вдруг кому в голову придет в погоню за беглым экс-губернатором кинуться, и следы мои запутает. Дальше-то, южнее Проскокова, деревенька на деревеньке сидит и хуторком погоняет. Там от главной Сибирской магистрали столько свертков – сам черт ногу сломит. Иди ищи ветра в поле.
У Калтайской Томь превращается в настоящий лабиринт нешироких проток меж нескольких десятков островков. Есть, конечно, и большие. Один – так и вовсе Большой. Так и тот в разлив в несколько маленьких превращается.
В протоках да старицах, заросших тальником и камышами, – раздолье для уток. Туземные инородцы на них, как мне рассказывали, даже порох не тратят – сетями, словно рыбу, ловят. Говорят, осенью по улицам селения, будто снег в метель, утячий пух летает. Что-то наверняка и собирают, на подушки да перины. На рынках в Томске этого добра хватает. На соломе даже последние бедняки не спят.
По другой стороне, чуть выше Большого острова – Батуринский хутор. А еще выше – Вершинино. И точно между ними, если имеешь хорошее зрение и точно знаешь, что именно искать, под плакучими ивами, прячется устье Тугояковки. Станичные татары Рашит и Ильяс говорят, дальше по речушке, на одном из ручьев, на Гриве, есть хуторок. Они его Ерым называют. Это вроде Овражного по-русски. Только туда мы заезжать не станем. Проводники не советуют. Суровые там люди живут и нелюдимые. Попросишь воды попить – дадут, не откажут, но берестяной туесок потом в очаге сожгут.
Снега на льду – в пол-аршина. Он еще не успел слежаться, затвердеть, и свободно гуляющий вдоль речных просторов ветер играет поземкой. Тело отвыкло от седла. Как позапрошлой осенью с Принцессы в Барнауле слез, так надолго никуда верхом и не ездил.
Знаю уже, опыт имеется, что труднее всего во второй день будет. Когда натруженные мышцы будут ныть и требовать покоя. Будут дрожать колени, и трудно ловить ритм шага лошадки. И седло превратится из удобного насеста,