Плаха да колокола. Вячеслав Белоусов
Чтение книги онлайн.
Читать онлайн книгу Плаха да колокола - Вячеслав Белоусов страница 44
![Плаха да колокола - Вячеслав Белоусов Плаха да колокола - Вячеслав Белоусов Волжский роман](/cover_pre932317.jpg)
– Московская публика известна своими холодными приёмами, – возразил артист. – Но Есенин именно после того выступления влюбился в неё с первого взгляда, а Станиславский…
– Стар твой Станиславский! – бесцеремонно перебил его Странников. – Поэтому млел пред молодостью и красотой. По столице долго сплетня ходила: жена изобличила его в привязанности к танцорке и пошутила, что та мечтает записать его в очередь своих престарелых женихов. Он тут же дал дёру.
Вероника расхохоталась, Турин тактично отвернулся.
– А волна-то покатилась по России! – Задов наслаждался длящимся представлением, не отводя глаз от Стефании. – Наши передовые женщины, последовательницы чудесного танца, уже посредством женсоветов вовлекают в искусство молодые дарования. Мы не прочь приспособить наш зимний театр, взялась бы за это Катерина Сергеевна Венокурова…
Произнеся это имя, Задов опомнился и едва не поперхнулся, но Странников плохо слушал его, поедая селёдку, и никоим образом не отреагировал.
– Впрочем, Зимний театр наш не годится, – затараторил вдохновлённый артист. – Мы со Стефанией посягнём на Аркадию. Летний театр будет как раз. Там столько помещений! Я верю, и вы, Василий Петрович, проникнетесь нашим прожектом, приложите руку к возрождению танца на астраханской земле!
А танцовщица действительно сотворила чудо. Она заканчивала, и общему ликованию, казалось, не будет предела. Задов рванулся было к героине, но жёсткая рука ухватила его за воротник, и знакомый голос произнёс над самым ухом:
– Нет, задержись и ответь, несносный фигляр, что всё это значит?
– Давайте сначала выпьем за удавшийся праздник! За нашу бенефистку! – попробовал вывернуться Задов. – Вы можете гордиться, Василий Петрович! Это первая ласточка, с которой возродится наш новый театр. Как знать? А вдруг посчастливится затмить славу самого Ла-Скала! Мы на пороге этого! Дожить бы до великих дней!
– Но ты-то уж точно не доживёшь. – Прощаясь с Туровым и его подружкой, Странников аккуратно, но настойчиво поволок приятеля от стола в тёмный уголок, где грустил рояль.
– Кончай, наконец, свой трёп! – едва сдерживался секретарь, когда они остались одни, и хлопнул кулаком по крышке инструмента. – Объясни мне, зачем ты снова связался с хитромудрой еврейкой и её женихастым прокурором? Ну про прыгающую наркоманку я вроде уяснил. Тут у тебя свой интерес появился. А Глазкин со своей кикиморой зачем понадобились? Какую аферу ты вновь задумал?
– Василий Петрович, помилуйте, я вам всё сейчас объясню, – залепетал артист.
– Что им в этот раз понадобилось от меня и с какого боку прицепился ты? – не унимался секретарь. – Сказать по правде, не ожидал я от тебя