Попроси меня. Матриархат. Путь восхождения. Низость и вершина природы ступенчатости и ступень как аксиома существования царства свободы. Книга 3. Александр Атрошенко
Чтение книги онлайн.
Читать онлайн книгу Попроси меня. Матриархат. Путь восхождения. Низость и вершина природы ступенчатости и ступень как аксиома существования царства свободы. Книга 3 - Александр Атрошенко страница 16
![Попроси меня. Матриархат. Путь восхождения. Низость и вершина природы ступенчатости и ступень как аксиома существования царства свободы. Книга 3 - Александр Атрошенко Попроси меня. Матриархат. Путь восхождения. Низость и вершина природы ступенчатости и ступень как аксиома существования царства свободы. Книга 3 - Александр Атрошенко](/cover_pre1316536.jpg)
Но это было далеко не все. «После старца, – говорит И. Е. Забелин, – осталось его „праведных трудов“, кроме ужица, кроме 142 крестов и железной палицы, еще семеры вериги, пленные или нагрудные, путо шейное, путо ножныя, связни поясные в пуд тяготы, восемнадцать оковцев медных и железных, для рук и перстов; камень в 11 фунтов весу, скрепленный железными обручами и с кольцом, тоже для рук; железный обруч для головы; кнут из железной цепи для тела. Во всех сохранившихся и доселе праведных трудах затворника находятся весу около 10 пудов»80.
Старец неустанно подвизался в этих «трудах» более тридцати лет, не давая покоя и своим рукам: он вязал для братии одежды из волоса и делал клобуки (колпак, шапка); сам же носил сорочку из свиного волоса. Он также шил платья для нищих, помогал им, чем мог, и, сидя в своем «крепком затворе» следил за грозными событиями, потрясавшими его Родину. «Мимо старца, – говорит И. Е. Забелин, – прославившегося своими подвигами-трудами, конечно ни пеший не прохаживал, ни конный не проезживал. Все приходили к нему благословиться на путь и на подвиг и побеседовать об общем горе, облегчить сердце и душу упованием на Божий Промысел»81.
Весь этот народный подъем, который православные историки назвали религиозным, на самом деле был далёк от религиозности, псевдорелигиозным, не говоря уже о так называемых «стяжателях подвигов», которые в своей массе даже не были знакомы со Священным Писанием, и что от них хочет Бог, но зато чуть ли не напрямую общались с «Господом» и получали от Него различные знамения, – нетрудно представить, в контакт с каким Богом или духами они входили… Очень скоро, буквально с выбором нового царя, вся эта «религиозность» превратиться в иную область жизни, не касающуюся настоящих будничных забот людей, в пыль, от дуновении новых идей которая в следующих поколениях развеется исчезнувшими миражами.
Другим крепким оплотом русских людей была обитель «Живоначальной Троицы преподобного» Сергия. Ее архимандритом тогда был Дионисий, являвшийся уроженцем города Ржева и именовавшийся в миру Давидом. Первоначально, в церкви он занимал священное положение, но скоро овдовел и постригся в Старицком Богородичном монастыре.
Назначенный игуменом Троице-Сергиевой лавры, Дионисий вступил в управление монастырем в то время, когда Москва была разорена и в ее окрестностях злодействовали остатки отряда Сапеги и казаки. Видя человеческую нужду, архимандрит обратил обитель в странноприимный дом и больницу. Он призвал келаря, казначея и всю братию, объявив им, что надо всеми силами помогать людям, ищущим приюта.
80
Там же, стр. 277—278.
81
Там же, стр. 278.