Наукообразная чушь. Разоблачение мошенничества, предвзятости, недобросовестности и хайпа в науке. Стюарт Ричи
Чтение книги онлайн.
Читать онлайн книгу Наукообразная чушь. Разоблачение мошенничества, предвзятости, недобросовестности и хайпа в науке - Стюарт Ричи страница 5
![Наукообразная чушь. Разоблачение мошенничества, предвзятости, недобросовестности и хайпа в науке - Стюарт Ричи Наукообразная чушь. Разоблачение мошенничества, предвзятости, недобросовестности и хайпа в науке - Стюарт Ричи](/cover_pre1340961.jpg)
Однако одними этими методами нам прогресса не достичь. Недостаточно в одиночку сделать какое-то наблюдение в своей лаборатории, вы должны еще убедить других ученых в том, что открыли нечто реальное. И вот тут-то и начинается социальная часть. Философы уже долго обсуждают, насколько важно для ученых показывать коллегам-исследователям, как они пришли к своим выводам. Вот как это сформулировал Джон Стюарт Милль[23]:
Даже при изучении природы, и здесь всегда возможны различные объяснения одних и тех же фактов, возможна теория геоцентрическая и теория гелиоцентрическая, возможна и теория флогистона, и теория кислорода, – и чтобы признать какую-нибудь из них истинной, надо доказать, что другая не есть истина, а пока это не доказано или пока мы не знаем, как это доказывается, то, признавая одну из них истинной, не знаем, значит, оснований мнения, которого держимся[24].
Поэтому ученые работают в командах, путешествуют по миру с лекциями и докладами на конференциях, дискутируют друг с другом на семинарах, организуют научные общества для обсуждения результатов исследований и – что, пожалуй, самое важное – публикуют свои результаты в рецензируемых журналах. Эти социальные аспекты – не преимущества профессии и не просто товарищество. Они представляют собой научный процесс в действии – беспрерывную череду коллективных актов: тщательно изучить, поставить под сомнение, проверить, уточнить и выработать консенсус. Хоть это и кажется на первый взгляд парадоксальным, но именно субъективный процесс науки и порождает ее беспримерную степень объективности[25].
Вот в каком смысле наука является социальным конструктом. Всякое утверждение о нашем мире может быть названо научным знанием только после того, как оно пройдет эту общественную проработку, которая призвана отсеивать ошибки и упущения и давать возможность другим ученым судить, достойно ли новое открытие звания надежного, достоверного и важного. Благодаря тому, что каждое открытие прогоняют через такую полосу препятствий, конечные продукты научного процесса – публикуемые рецензируемые статьи – наливаются порядочной силой для общества. Мы говорим: это наука, а не просто шаблонная фраза, или болтовня, или чье-то мнение.
Социальная природа науки вместе с тем имеет и слабые места. Поскольку ученые так сильно сосредоточены на попытках убедить своих коллег, что подразумевает прохождение результатов исследования через этап рецензирования и дальнейшие шаги вплоть до публикации, им очень просто позабыть о настоящей цели науки – приближать нас к истине. А поскольку ученые еще и человеческие существа, способы, которыми они стараются убеждать друг друга, не всегда в полной мере рациональны или беспристрастны[26]. Если мы не будем особенно внимательны, научный процесс может пропитаться несовершенствами самого человека.
Эта книга посвящена тому, как мы уделяли недостаточно внимания научному процессу. Тому, как мы в итоге очутились в ситуации,
23
Mill J. S.
24
Перевод А. Неведомского.
25
Longino H. E.
26
Это утверждение я делаю под влиянием идеи специалистов по эволюционной теории Уго Мерсье и Дэна Спербера, согласно которой основная функция человеческого мышления как такового состоит в том, чтобы придумать, как лучше всего убедить других людей. См. Mercier H., Sperber D.