Попроси меня. Матриархат. Путь восхождения. Низость и вершина природы ступенчатости и ступень как аксиома существования царства свободы. Книга 9. Александр Атрошенко
Чтение книги онлайн.
Читать онлайн книгу Попроси меня. Матриархат. Путь восхождения. Низость и вершина природы ступенчатости и ступень как аксиома существования царства свободы. Книга 9 - Александр Атрошенко страница 13
![Попроси меня. Матриархат. Путь восхождения. Низость и вершина природы ступенчатости и ступень как аксиома существования царства свободы. Книга 9 - Александр Атрошенко Попроси меня. Матриархат. Путь восхождения. Низость и вершина природы ступенчатости и ступень как аксиома существования царства свободы. Книга 9 - Александр Атрошенко](/cover_pre1366175.jpg)
Однако второе перемирие было еще более коротким, чем первое. К осени 1927 г. она была перенесена в первичные партийные организации. Как и за год до этого лидеры оппозиции «пошли в народ». В связи с приближавшимся десятилетием Октябрьской революции видные, но оппозиционные теперь революционеры, получили приглашение от рабочих многих фабрик и заводов выступить с докладом или воспоминаниями. На ряде предприятий эти встречи с рабочими выливались в жаркую полемику. Все это не нравилось основному направлению партийцев и уже тогда к подобным выступлениям были перемены попытки их срыва. Стоит ли удивляться поведению участников московского партактива, если на октябрьском (21—23 окт.) объединенном пленуме ЦК и ЦКК обстановка нетерпимости к оппозиционерам перехлестывалась через границы. Как точно замечал историк-публицист И. Дойчер, решению правительства по сокращению рабочего дня оппозиция могла противопоставить вопросы, «которые для рабочих казались абстрактными: Гоминьдан, англо-русской комитет, „перманентная революция“, „термидор“, Клемансо и т. д. Единственный вопрос, по которому язык оппозиции не был труден для понимания, было требование улучшить положение рабочих». Теперь после ее выступления против семичасового рабочего дня «вокруг оппозиции возникла стена безразличия и враждебности»47, писал И. Дойчер.
Стенограмма октябрьского пленума не полностью была напечатана в «Правде» 2 ноября 1927 г. На пленуме Троцкому не только не дали говорить, выкрикивая оскорбления в его и его оппозиционеров адрес. Кубяк запустил в него стаканом, Ярославский – томом контрольных цифр развития народного хозяйства страны, Шверник – книгой. Кто-то даже пытался стащить Троцкого в трибуны. «Ни одни из указанных выше хулиганских поступков (Ярославского, Шверика, Кубяка и многих других) не встретил даже и тени осуждения со стороны Президиума»48 – возмущался Троцкий в письме в Секретариат ЦК ВКП (б) 24 октября.
23 октября 1927 г. на совместном заседании ЦК и ЦКК было принято решение об исключении Троцкого и Зиновьева из ЦК. Резолюция гласила:
«Объединенный Пленум ЦК и ЦКК в августе 1927 г. проявил высокую степень терпимости и уступчивости в отношении т. т. Троцкого и Зиновьева, дав возможность этим товарищам выполнить свое обещание от 8 августа об уничтожении элементов фракционности и ограничившись предупреждением, которое было последним предупреждением.
Однако т. т. Троцкий и Зиновьев вторично обманули
46
Там же, стр. 87.
47
Емельянов Ю. В. Сталин. Путь к вершине. Москва, Академический проспект, 2018, стр. 391.
48
Объединенный пленум ЦК и ЦКК ВКП (б). 21—23 октября 1927 г. Документы и материалы. Состав. И. И. Кудрявцев, ответ. ред. А. К. Сорокин. Москва, РОССПЭН, 2018, стр. 312.
Закончил письмо Троцкий словами: «Вот почему нельзя рассматривать разыгравшиеся на Объединенном Пленуме сцены иначе, как директивные указания наиболее ответственного органа всем партийным организациям относительно того, какими методами надлежит проводить предсъездовскую дискуссию» (С. 313).