Ну как же себя не обожать?!. Петр Мельников
Чтение книги онлайн.
Читать онлайн книгу Ну как же себя не обожать?! - Петр Мельников страница 24
![Ну как же себя не обожать?! - Петр Мельников Ну как же себя не обожать?! - Петр Мельников](/cover_pre860736.jpg)
Таким образом, через 65 лет после окончания войны, в Лувре ещё оставалось около двух тысяч так называемых «невостребованных» единиц хранения. Циничная отговорка – «невостребованные», поскольку востребование не поощрялось, хозяев отваживали, как могли, отпирались от наличия какой-либо информации. Остальное частично вернули, частично прибрали к рукам через необъявленные, управляемые вручную аукционы. Хамство дошло до того, что некоторые вещи не постеснялись поместить в открытые экспозиции, например, в музее Орсэ. На требования наследников дирекция повторяла, что без этих вещей государственные коллекции, видите ли, неполны – и точка! Если подумать, то у меня, может быть, тоже карман не полный, но это не значит, что я полезу в чужой, да ещё открыто начну хвастаться украденным.
В конце концов, после публикации в газете «Монд» и волны негодования в прессе была создана специальная комиссия по реституции Администрация неохотно, чиня всяческие препятствия, сквозь зубы стала отвечать на вопросы. Чуть позже, под нарастающим общественным давлением были опубликованы списки вещей и даже началось активное выявление законных наследников. Повторялась та же история, что и со швейцарскими банками, уличёнными в присвоении еврейских активов и процентов с них немного и немало как за пятьдесят лет. Всё под оскорбительным предлогом соблюдения банковской тайны. Хороша банковская тайна, когда для самих вкладчиков она тайна, а банк полвека прокручивает деньги и обогащается.
Дальше – больше. Англичане правильно говорят, что старые грехи отбрасывают длинные тени. Американская исследовательница Э. Карлсгод не клюнула на сладкие речи про «спасателей», не поленилась порыться в документах и выяснила, что на самом деле колаборационистское правительство Виши вместе с Управлением музеев сознательно спланировало всю операцию с «фиктивными» актами дарения. Это был массовый захват еврейской собственности в пользу национальных музеев. Уже после войны те акты «добровольной» передачи вещей государству вдруг перестали рассматриваться как заведомо фиктивные. Их начали трактовать как договоры добровольного пожертвования, оформленные законным образом. Эти дарственные с улыбочкой предъявляли законным хозяевам, когда те пытались получить свою собственность обратно.
Проходило