Источники права и суд в Древней России. Опыты по истории русского гражданского права. Николай Дювернуа
Чтение книги онлайн.
Читать онлайн книгу Источники права и суд в Древней России. Опыты по истории русского гражданского права - Николай Дювернуа страница 32
![Источники права и суд в Древней России. Опыты по истории русского гражданского права - Николай Дювернуа Источники права и суд в Древней России. Опыты по истории русского гражданского права - Николай Дювернуа Антология юридической науки](/cover_pre118693.jpg)
Весь строй статей направлен к возможно более легкому и верному приложению отвлеченного определения к конкретному случаю. На особые свойства юридической техники обратил в последнее время особенное внимание Ihering (Geist, § 4, 38). Юридические положения представляют собой отвлеченные правила, в составе которых можно различать две части, условия (если совершено то-то, воровство, обида) и последствия (тогда должно возвратить, вознаградить и проч.). Особое свойство юридического отвлечения заключается в том, что оно никогда не может быть совершенно свободным от некоторой материальной примеси в условиях и последствиях, которые составляют его содержание. Слишком отвлеченно выраженное – оно теряет достоинство приложимости (formale Realisirbarkeit, Praktikabilität). Таким образом, закон нигде не говорит– если лицо достигнет зрелости разумения, то оно способно совершать такие-то действия. Прилагать такое отвлеченное положение было бы в высшей степени трудно. Напротив, заменяя отвлеченное понятие «зрелость разумения» материальным признаком, 14, 18, 21 год, мы получаем совершенно простой и удобный критерий. На это свойство юридического мышления обратил внимание еще Цицерон (aliter leges, aliter philosophi tollunt astutias; leges, quatenus manu tenere possunt, philosophi, quatenus ratione et intelligentia. Cic. de off. Ill 17). Приложить юридическую норму значит, во-первых, исследовать, есть ли в данном случае требуемые условия (есть ли зрелость, или 21 год; есть ли обида), во-вторых, отвлеченно выраженные последствия (наказать, вознаградить) выразить в конкретной форме (наказать двухмесячным заключением там-то, заплатить столько-то рублей). Понятно, что чем материальнее выражены в законе условия (ожели кто вынет меч, аще ли муж мужа ринет от себя или к себе, аще ударит батогом, или будет кровав или синь), тем легче открыть их существование в данном случае. Точно также – чем материальнее выражены последствия, тем скорее можно составить заключение. Двинская Уставная грамота говорит: за кровавую рану 30 бел, за синюю 15. Это ясно и очень приложимо. Но далее: «а излает боярина (условия менее ясны)…, и наместницы судят ему бесчестие по его отечеству, також и слузе». Последствия выражены так, что судья должен сперва измерить достоинство отечества оскорбленного и по этим соображениям, вместе с другими, отыскать цифру, которая бы соответствовала бесчестью. Процесс трудный, ибо положение выражено слишком отвлеченно. От судьи требуется искусство. Чем дальше мы уходим к младенческому состоянию права, тем менее отвлеченности, тем более материальности или грубости приемов мы замечаем в построении закона. Русская Правда достигает в этом отношении величайшей простоты и практичности. Условия и последствия выражаются так, что их именно можно осязать, manu tenere: если синь или кровав, или когда руку утнет и отпадет рука, или перст, – тогда за обиду одна, две, три гривны, или 40 гривен. Мы вовсе не можем оценить достоинство этого грубого приема. Но при младенческом состоянии мышления, при взгляде на преступление