Танцующая на ветру. Наталия Терентьева
Чтение книги онлайн.
Читать онлайн книгу Танцующая на ветру - Наталия Терентьева страница 21
![Танцующая на ветру - Наталия Терентьева Танцующая на ветру - Наталия Терентьева Золотые небеса](/cover_pre224802.jpg)
– Просто он был умнее остальных. И ему было тошно от этого.
– Тошно, оттого что он умнее? – засмеялась Тетёрка.
– Пьеса называется «Горе от ума», – негромко сказала я, понимая, что бесполезно. Тетёрка ничего этого не понимает. Всё знает. И ничего не понимает. Потому что если бы она жила во времена Грибоедова, она бы была с другой стороны, стояла бы, сложив руки на тугом животе, и смеялась бы над «Чацкым».
– Главное, – ответила Тетёрка, – это не фантазировать. Надо знать материал и его правильный анализ. Не свой собственный, а правильный. Ничего придумывать не надо. Обычный школьный курс, повторяем все произведения. У меня один учебный час на Грибоедова. Суть – коротко. Раз-два, всё! Учитель начальных классов должен быть грамотным человеком. И не путать Грибоедова с Тургеневым. Что написал Тургенев? «Му-му». Что с собакой стало? Утонула. Что крикнул Чацкый в конце пьесы? «Карету мне, карету!» Всё. Ты грамотный человек. Придет к тебе чей-то родитель права качать, а ты ему…
– Карету мне карету… – негромко проговорила я. – Му-му…
– Издеваешься, Брусникина?! – стала заводиться Тетёрка. – Издеваешься? Ну, издевайся, издевайся… Придешь сдавать, поговорим… Прищемлю тебе хвост-то! А то задрала слишком высоко!..
Я пожала плечами. Не переубедишь и не переспоришь, тем более что в чем-то она права. Я хочу учиться дальше, но для кого-то вся учеба окончится на училище, на «колледже», как почему-то на американский манер теперь называются средние профессиональные учебные заведения, наше в том числе. Русские люди во все времена любили произносить иностранные слова к месту и не к месту, при том что наш язык намного сложнее, образнее и богаче.
Учиться здесь оказалось гораздо скучнее, чем я думала, когда мечтала сюда поступить. Если бы у меня была возможность окончить одиннадцать классов, как у Маши, например, я бы не стала тратить время на эту учебу. Но все детдомовские в основном выходят после девятого класса. Наверно, потому что мы слишком взрослые, и жить вместе нам сложно и даже опасно. Девочки начинают рожать, мальчики пить, воспитатель уже перестает быть хоть каким-то авторитетом. И нас выпускают «на свободу». Редко кто остается.
Я же не была уверена, что смогу в школе подготовиться к единым государственным экзаменам так хорошо, чтобы по их результатам поступить в МГУ. А так, может быть, я бы и осталась в школе и детдоме еще на два года. В чем-то мне там было комфортнее. Там была маленькая Люба, общение с которой доставляло мне много радости. Иногда ее наивные и даже глупые вопросы заставляли меня по-другому взглянуть на себя и на то, что с нами со всеми происходит. И я знала – постоянно, каждый день, что я ей нужна. Как старшая сестра. Да и Виктор Сергеевич, пока я жила в детдоме, считался и был моим другом. Кто он сейчас – не очень понятно.