Правда гончих псов. Виртуальные приключения в эпоху Ивана Грозного и Бориса Годунова. Владимир Положенцев
Чтение книги онлайн.
Читать онлайн книгу Правда гончих псов. Виртуальные приключения в эпоху Ивана Грозного и Бориса Годунова - Владимир Положенцев страница 24
![Правда гончих псов. Виртуальные приключения в эпоху Ивана Грозного и Бориса Годунова - Владимир Положенцев Правда гончих псов. Виртуальные приключения в эпоху Ивана Грозного и Бориса Годунова - Владимир Положенцев](/cover_pre236584.jpg)
– Сказывают, Ивашка-то вовсе и не помирает, а давно ужо к ляхам убёг, – говорил самый крепкий и верткий из мужиков. Он так усердно вращал глазами, что казалось они сейчас вывалятся.
– Отчего же к ляхам? – спросил другой. – Разве у шведов не лучшее?
– Оно, конечно, лучшее, но король Эрик не может простить ему Вильно. Ивашку никто не жалует.
– А за что его жаловать? – встрял мужик с подбитым глазом, второе его око сильно слезилось. – Судебник навязал, а в нём одно непотребство. Вот у меня сосед козу украл, я его поленом пришиб, не до смерти, слегка, а он донес. Так за бесчестье 5 рублей стребовали. А где их взять? Пришлось всю скотину продать. Во как.
– То ладно, – сказал другой. Его ухо было подвязано тряпкой. Он часто прикладывал к нему руку, морщился, видно там стреляло. – Митрополита Макария со свету сжил, духовника свого Сильвестра угробил, кромешников расплодил аки тараканов. Свои же своим кровь пускают. Народ в Ливонию с севера бежит, а с юга – к хану. Сказывают, у крымчаков-то и лучше. Дожили…
К Ивану, скрежещущему под капюшоном зубами, подошел хозяин корчмы, поставил перед ним большую миску с гречневой кашей, тарелку с хлебом и репой, кружку овсяного киселя и полштофа водки.
– Кушай, добрый человек, подкрепись с дороги, да помолись за меня на досуге. Ежели не забудишь имя Ивана сына Григория.
– Не забуду, – ответил государь. – Очень даже не забуду.
А мужики тем временем продолжали судачить.
– Не ведаю, как там у крымчаков, – сказал самый пожилой из компании, – а нам бы точно конец, ежели Ивашка нами и долее правил.
Сидевший слева от царя крепкий светловолосый парень с прямым как у варяга носом и таким же четко очерченным подбородком, вдруг ударил кулаком по столу.
– А не стремаетесь такие речи вести, маракуши? Закудахтали, когда государь ослаб. Токмо бы помои во круг себя метать. Вот ведь, брыдлики скудоумные! О добре не помнят. А ить это Иван Васильевич вам, холопам земельным, Юрьев день устроил. Вы, грязное племя, по Судебнику теперя в правах наравне со всеми. Царь бояр жирных прижал, а вам вольности дал. Опричнина-то для порядку. Казань и Астрахань взял и тем магометан прищучил. И про Макария и Сильвестра вы всё врете. Языки вам поганые бы вырвать.
– Что?! Кхе-кхе, – подавился куском хлеба лупоглазый мужик. Прокашлявшись, перегнулся через стол. – Кого оправдываешь, молодец, кровопийцу? Поди и сам таков. Токмо кончилось ваше времечко. Теперя народ своё слово скажет. А к нему бояре да дворяне прислушаются. Ежели нет, то сами кровью умоются.
– Князя