Хоккенхаймская ведьма. Борис Конофальский
Чтение книги онлайн.
Читать онлайн книгу Хоккенхаймская ведьма - Борис Конофальский страница 13
![Хоккенхаймская ведьма - Борис Конофальский Хоккенхаймская ведьма - Борис Конофальский](/cover_pre390497.jpg)
– И всё? Они больше к тебе не ходили?
– Ходили господин, – опять краснела вдова, – то забор надо поправить, то фундамент под чан новый поставить. У меня сыроварня, господин, там всегда работа есть для мужских рук.
– И не только для рук, – язвил Брюнхвальд.
– А с остальных тоже имела прибыток какой?
– Ну, Стефан, он, если в Вильбург ехал, так мои сыры вёз бесплатно, сколько мог взять. – Говорила женщина.
– А этот, как его… Фермер, что тебе бесплатно делал?
– Иногда своего молока у меня не хватала, он мне возил, ну, и корма для моих коров помогал заготавливать бесплатно. То есть без денег.
– Так, ну а этот, семнадцатилетний, что он для тебя делал?– Продолжал Волков.
Вдова стала совсем пунцовой, стояла, теребила передник:
– Рудольф мне ничего не делал.
– Ясно, этот значит, был для души, а остальные для дела. – Сказал кавалер. – Писарь, ты записал имена её хахалей?
Монах писарь положил перед ним лист бумаги. Не заглядывая в него, Волков передал лист Брюнхвальду:
– Карл, берите всех вместе с их бабами.
Брюнхвальд забрал письмо, пошёл к выходу, а вдова вдруг зарыдала.
– Чего, чего ты воешь, дура? – Ласково говорил ей кавалер.
– А что вы с ними делать будете? – Сквозь слёзы спрашивала она.
– Да ничего, выясню, кто навет на тебя написал.
– Господин, не надо никого наказывать, я их прощаю.
– Прощает она, – кавалер невесело усмехнулся, ему через неделю нужно будет жалование людям Брюнхвальда платить, и уж они его не простят, да за постой в таверне, деньги нужны, монахи то жрут, как не в себя, он вздохнул и сказал,– навет есть большой грех и преступление. Клеветников надобно покарать!
– Смертью?– Ужаснулась женщина.
– Это решит Трибунал Святой Инквизиции.– Отвечал Волков.
Смерть их была совсем не нужна ни ему, ни Трибуналу, им нужны были деньги.
Первой солдаты Брюнхвальда приволокли жену фермера. Бабищу в семь добрых пудов веса. Видно, по улице её тащить пришлось, была она без чепца и вся в грязи и при этом выла не женским голосом, басом:
– За что, господи, за что меня-то?
Солдаты, видно, с ней намаялись, кинули её на пол, а один пнул её в бок сапогом немилосердно.
Баба продолжая выть громогласно, повторяя своё: «Меня за что?» Озиралась вокруг, пока не увидела вдову. Тут, видно, она нашла виновницу своих бед, с трудом поднялась с пола, вся юбка в грязи, к коленям липнет, и пошла, огромная и завывающая, к женщине, тянула к ней руку:
– Ты, шлюха, ты… Из-за тебя я тут, блудница.
Она даже кинулась на перепуганную до смерти вдову, да налетела на кулак Сыча. А Сыч бить был мастак. Повалилась бабища на пол, лежала, морду рукой закрыла и выла.
– Ну, – произнёс кавалер, – говорить будешь или тебе ещё дать разок?
Баба даже его не услыхала. Так и лежала на полу склада.
– Сыч, приведи её в чувства. – Сказал кавалер.