Несносный ребенок. Автобиография. Люк Бессон
Чтение книги онлайн.
Читать онлайн книгу Несносный ребенок. Автобиография - Люк Бессон страница 30
![Несносный ребенок. Автобиография - Люк Бессон Несносный ребенок. Автобиография - Люк Бессон Легенды кино](/cover_pre844216.jpg)
– Ты что, серьезно?! Ты правда решил, что мы прокатимся по Австралии на наших мопедах? – воскликнул он со смехом.
Я даже не понял вопроса, потому что вечерами вычеркивал в календаре каждый прожитый день, неуклонно приближаясь к намеченной дате. Приятель пожал плечами и оставил меня наедине с десертом.
– Ты просто полный псих! – бросил он, присоединяясь к группке лицеистов, беседовавших о футболе.
Так, прямо посреди лицейской столовой, умерла моя мечта об Австралии. Значит, летом я, как обычно, поеду в «Клуб».
Моего отца назначили управляющим туристской деревни и отправили праздновать это новое назначение в Эль Хосейма, в Марокко. Это было возвращением на Средиземное море, только там оно было совсем другим.
Пляж был бесконечным, и совсем без скал. Только напротив деревни возвышалась испанская крепость, прилепившаяся к обломку скалы. Это был военный действующий форт. К нему запрещено было даже приближаться. Туристская деревня представляла собой множество мелких соломенных домиков, разбросанных по обширному сосновому лесу. Это было довольно красиво, почти роскошно. Отец всерьез отнесся к своим новым обязанностям и горбатился, как мог. Я видел его еще меньше, чем всегда. Кэти работала в магазине, а Жюли начала барахтаться в огромном бассейне в розовой плавательной жилетке на крепком тельце. Лето обещало быть похожим на все предыдущие, и тут произошли два события. Два события, изменившие мою жизнь.
Первое имело отношение к Тому, архитектору. Он мне всегда очень нравился, так как он единственный говорил со мной как со взрослым.
Весь сезон он работал декоратором. Этот парень был одинок и непохож на остальных, тех, кто окружал моего отца. Вместо того чтобы слоняться по деревне, я кончил тем, что забрел к нему. Он собирался рисовать. Его соломенная хижина смахивала на тщательно продуманный маленький музей. Том был настоящим маньяком, и тем не менее он позволял мне листать свои фотоальбомы. Это были Лартиг, Картье-Брессон, Робер Дуано, а также Хельмут Ньютон, Бурден и Гамильтон. Разнообразие форм, постановка света, женские тела, часто обнаженные. Я краснел на каждой странице, но Том меня не подначивал. Он сидел рядом и объяснял.
Там, где я был неспособен видеть что-либо помимо обнаженного тела, он показывал мне изгибы и контрасты, перекликающиеся линии, переплетающиеся геометрические фигуры. И тогда нагота исчезала, а оставались форма, математика и поэзия. Фотография переставала быть плоским изображением, но была тварным миром, который мне предстояло открыть. С того дня я никогда больше не смотрел на мир как прежде.
Отныне я целыми днями докучал Тому в его жилище, но ему, похоже, это нравилось. Позднее я узнал, что