Пошли мама с папой за грибами… (Анатолий Вехотко). Воспоминания вдовы режиссёра. Марина Бойкова-Гальяни
Чтение книги онлайн.
Читать онлайн книгу Пошли мама с папой за грибами… (Анатолий Вехотко). Воспоминания вдовы режиссёра - Марина Бойкова-Гальяни страница 6
![Пошли мама с папой за грибами… (Анатолий Вехотко). Воспоминания вдовы режиссёра - Марина Бойкова-Гальяни Пошли мама с папой за грибами… (Анатолий Вехотко). Воспоминания вдовы режиссёра - Марина Бойкова-Гальяни](/cover_pre975991.jpg)
Однажды, то было в разгар лета, 24 июля 1930 года, пошли мама с папой в лес по грибы, а нашли меня. Заметь, не в огороде на капустной грядке, а среди грибов. В общем, родился я в лесу. Как сейчас помню: лодка, папа в белой рубашке на вёслах. Вот ты, Любимка (Толя называл меня так же, как когда-то мама), знаешь, о чём говорю, но в те времена, наверно, казалось диким помнить себя с рождения.
– Можно и прошлые жизни вспомнить, – вставляю я, – а уж момент рождения, подавно.
– Я точно помню!
– А насчёт голодного детства?
– Тридцатые, продразвёрстка. Впрочем, вскоре семья переехала в Ленинград: папе предложили научную работу, дали квартиру, не сразу, конечно. Сначала была комната на улице Некрасова, а квартиру уже после войны. Мама всю жизнь была домохозяйкой. Папочка очень любил и уважал маму, советовался всегда с ней. Всю жизнь душа в душу.
– Зато сынок был бабником, – заметила я.
– И не говори, родная…
Мы смеёмся, хотя мне не очень приятно.
– Ты и режиссёром стал, чтобы самые красивые женщины хотели сняться в твоих картинах. Колись!
– Ну, разве что, это одна из причин. Не главная. Соседями по коммунальной квартире была еврейская пара, муж каким-то снабженцем работал, звали друг друга Муpзиком и Пупсиком. Самую большую комнату занимала семья из трёх человек, как у нас. Муж и жена работали в торговле. В те годы, если воровали, то скромно. Боялись. Ведь могли и расстрелять.
Меня определили в мужскую гимназию возле Прудковского садика. Мы с ребятами часто в садике, как теперь говорят, тусили. Ни телевизора, ни, тем более, интернета не было. Я много читал. С ребятами ходил в кино. Тогда почти все бредили киношным миром. Казалось, это совсем другая жизнь, не всамделишная, сказочная. Так оно и было на самом деле. А, что касается женщин… те, что в жизни на меня бы не посмотрели, сами искали моей благосклонности.
– Ты же джентльмен.
– Да. Сама посуди, как отказать женщине? Потому и женился пять раз, что джентльмен.
Меня несколько коробило данное утверждение. Толя всему искал благородные причины. А женился на разных женщинах, и не все были так или иначе связаны с миром кино. Меня мало заботила личная жизнь мужа до меня. Его сын Миша, от Ольги Савельевой (сестра актрисы Людмилы Савельевой) встречался с отцом, и иногда бывал у нас в гостях.
– Когда началась война, тебе было десять.
– Да, десять. Помню, с папой кошку ловили. Она, будто испарилась. Моё отчаянье, потом апатия. Мама всё больше лежала, я каждое утро ходил за хлебом. Хотя, скорее, кое-как передвигался. Булочная на улице Некрасова, очередь, которая стояла с раннего утра, и нестерпимый холод. Вот кто-нибудь кидает:
– Качаемся!
Мы строимся по-одному, обнимаем друг друга за пояс и молча, качаемся, пытаясь согреться. Продавщица в обрезанных