Дом напротив. Сергей Анатольевич Соколов
Чтение книги онлайн.
Читать онлайн книгу Дом напротив - Сергей Анатольевич Соколов страница 8
![Дом напротив - Сергей Анатольевич Соколов Дом напротив - Сергей Анатольевич Соколов](/cover_pre252716.jpg)
Дровяная печь красного кирпича, предмет гордости рукастого главы семейства, занимала доминирующее положение в большой гостиной, открывая уютный для глаз вид на огонь, горящий за массивной стеклянной дверцей. Рядом в чугунной розетке была сложена небольшая поленница из берёзовых дров, с небрежно прислонённой к ней кочергой.
Кира, не привычная к подобной работе, неловким движением открыла дверцу, кочергой пошуровала внутри топки, вызвав сноп искр и осторожно, боясь занозить пальцы, отправила два полена в печь. Пламя ярко вспыхнуло, забилось, быстро охватило кудряшки берёзовой коры, безуспешно пытаясь вырваться наружу.
Через стекло Кира оценила результат своих действий и осталась довольна. Она решила было вернуться в кресло, но передумала, прошла мимо него, на ходу подхватила свой напиток и, ещё не дойдя до праздничного стола, осушила его неторопливым глотком. Поискав глазами среди всякого разного добра на столе коробку с ворохом маленьких шоколадок в виде букв, наугад взяла одну и осторожно, как давеча у печки, отправила в рот попавшуюся «С». Всё-таки подтаявший шоколад испачкал на ухоженных руках Киры подушечки пальцев и она, облизывая их, подошла к матери.
С неподдельным сочувствием смотрела Кира на хрупкую, немного усталого вида, женщину, сохранившую в чертах своего славянского лица зрелую природную красоту и обаяние. Только вот, от когда-то роскошной русой косы, которую маленькая Кира так любила сплетать и расплетать, осталась лишь задорная мальчишечья стрижка, и сеточка морщинок возле глаз была заметна и без ставшей редкой улыбки.
Женщина полулежала на диване, укрытая толстым, верблюжей шерсти, пледом, подложив под поясницу и голову многочисленные подушки. Её взгляд должен был упираться в экран телевизора, но глаза были закрыты, лишь веки без следов косметики иногда вздрагивали, выдавая нездоровье и неспокойное внутреннее состояние.
– Как ты себя чувствуешь? – Кира положила ладонь на лоб матери. – У тебя температура? Знобит?
– Нет-нет, просто холодком потянуло, и… тяжело… здесь… – женщина открыла глаза и поводила пальцем у левой груди.
Кира наклонилась и тихо, чтобы не слышал сын, спросила:
– Мама, может скорую вызвать или в город поедем?
– Какая сегодня скорая, да ещё в садоводство, а за руль тебе, тем более, твоему Фёдору нельзя. Не беспокойся, я отлежусь. В тишине.
Дочь похлопала по руке матери:
– Поняла, сейчас устроим. Так, – строго обратилась она к сыну,– хватит геройствовать. Три часа ночи. Дай отдохнуть телевизору и бабушке. Мыться и спать.
Упоминание о бабушке было не случайным: всё, что должно было делаться от имени бабушки, с бабушкой, для бабушки, Алёша выполнял беспрекословно – он её очень любил и уважал, проводя с ней да, пожалуй, ещё с дедом, значительное время. Первым ясным воспоминанием, закрепившемся