По следам литераторов. Кое-что за Одессу. Анатолий Вассерман
Чтение книги онлайн.
Читать онлайн книгу По следам литераторов. Кое-что за Одессу - Анатолий Вассерман страница 11
![По следам литераторов. Кое-что за Одессу - Анатолий Вассерман По следам литераторов. Кое-что за Одессу - Анатолий Вассерман Вассермания](/cover_pre263908.jpg)
Я памятник себе воздвиг нерукотворный.
Эти слова написали на постаменте прекрасного, но, безусловно, рукотворного памятника ему. Далее, Маяковский пишет в несомненно итоговой (осталось только два вступления) поэме «Во весь голос»:
Мне наплевать
на бронзы многопудье,
мне наплевать
на мраморную слизь.
Сочтёмся славою —
ведь мы свои же люди, —
пускай нам
общим памятником будет
построенный
в боях
социализм.
Ему устанавливают бронзовый памятник. Возможно, ориентировались на строки, обращённые к Пушкину в знаменитом (и очень печальном, если задуматься) стихотворении «Юбилейное»:
После смерти
нам
стоять почти что рядом:
вы на Пе,
а я
на эМ.
Так что не удивительно, что знаменитые памятники стоят в Москве столь близко друг от друга: Маяковский на пересечении Тверской и Садового кольца, Пушкин – на пересечении той же Тверской и кольца Бульварного (хотя, конечно, поэт говорил о библиотечных полках, а не о близости расположения будущих памятников). В том же стихотворении Маяковский писал:
Мне бы
памятник при жизни
полагается по чину.
Заложил бы
динамиту
– ну-ка,
дрызнь!
Ненавижу
всяческую мертвечину!
Обожаю
всяческую жизнь!
Так что вряд ли он бы бурно порадовался памятнику себе – даже с учётом возвращения площади, где он стоит, названия Триумфальная.
Зато его, безусловно порадовала бы станция метро Маяковская. По нашему мнению, эта станция остаётся «лучшей и талантливейшей (по архитектуре) станцией метро нашей советской эпохи». Одни колонны красного гранита со вставками из нержавейки как смотрятся[42]! А ведь на потолке ещё мозаики Александра Александровича Дейнеки – чертовски здорово сделано[43]! Не зря на Всемирной выставке 1939-го года в Нью-Йорке станция, представленная макетом и фотографиями, удостоена Гран-При по архитектуре. А глубина, недосягаемая для тогдашних и даже нынешних бомб, в сочетании с подземным простором позволила 1941–11–06 провести традиционное торжественное заседание руководства и общественных деятелей страны, посвящённое предстоявшей годовщине Октябрьской революции[44].
Наша одесская старая топонимика, когда переулок Маяковского был параллелен переулку Некрасова, тоже, тешим себя мыслью, порадовала
42
Вставки сделал завод «Дирижаблестрой» на окраине подмосковного посёлка Долгопрудный: там были станки для изгибания металлических листов с одновременной гофрировкой, дабы придать листам жёсткость. В преддверии Второй Мировой войны во всём мире, включая СССР, дирижаблестроение заглохло: стало ясно, что не хватит времени усовершенствовать лёгкие гиганты настолько, чтобы они могли эффективно противостоять новому поколению истребителей. После войны – в 1948-м – громадные ангары использованы для размещения крупногабаритного экспериментального оборудования, необходимого свежесозданному физико-техническому факультету Московского государственного университета. От них и ведёт свою родословную легендарный Московский физико-технический институт.
43
В цикл «Сутки неба родины» вошли 35 картин. Увы, проектировщики по нехватке опыта не учли необходимость обустройства броневого щита на входном конце перрона: все станции метро в СССР и его наследниках могут использоваться ещё и как бомбогазоубежища. Чтобы освободить место для поворота щита, пришлось уже смонтированную мозаику «Знамя СССР» снять. При строительстве северного выхода, открытого в 2005-м, вторая мозаика «Знамя СССР» не пострадала.
44
На следующий день – непосредственно к 24-летию революции – прошёл традиционный военный парад на Красной площади. Почти все участники прямо с парада отправились на фронт. Сейчас в Российской Федерации 7-го ноября проводится парад в ознаменование не самой революции, но парада 1941-го года: нынешние руководители очень боятся малейших намёков на возрождение социализма.