Клайв Стейплз Льюис. Человек, подаривший миру Нарнию. Алистер Макграт
Чтение книги онлайн.
Читать онлайн книгу Клайв Стейплз Льюис. Человек, подаривший миру Нарнию - Алистер Макграт страница 40
![Клайв Стейплз Льюис. Человек, подаривший миру Нарнию - Алистер Макграт Клайв Стейплз Льюис. Человек, подаривший миру Нарнию - Алистер Макграт Жизнь гениев. Книги о великих людях](/cover_pre369375.jpg)
Но, несмотря на разногласия с Барфилдом, Льюис приписывал ему две важные перемены в собственном образе мыслей. Прежде всего Льюис избавился от «хронологического снобизма»: «Я уже не мог просто принимать распространенные в наш век идеи и предвзято думать, что все устаревшее заведомо можно отвергнуть»[239]. Вторая перемена связана с отношением к реальности. Льюис, как большинство его современников, склонен был предполагать, что «вселенная, открываемая нам в чувствах», и есть «неколебимая реальность». По его мнению, то был наиболее здравый и экономный подход к тем вещам, которые он считал сугубо научными. «Мне хотелось, чтобы Природа совершенно не зависела от нашего внимания, чтобы она была чем-то другим, безразличным и самодостаточным»[240]. Но как насчет моральных суждений? Или чувства радости? Или переживания красоты? Как эти субъективные мысли и чувства вписываются в такую картину вселенной?
То был не праздный вопрос. Студентом в Оксфорде Льюис оказался под влиянием того, что он окрестил «новым взглядом» – рационалистического мышления, которое привело его к убеждению, что следует отказаться от надежды, будто мимолетные феномены Радости могут открыть ему подлинный смысл жизни[241]. Льюис отдался этому потоку, погрузился в модный на тот момент образ мыслей. Он поверил, будто его детские желания, стремления и переживания доказано лишены смысла. Он решил, что «с этим покончено». Он «разоблачил» Радость. Больше он «не попадется на эту приманку»[242].
Но Барфилд убедил его в непоследовательности самого этого рассуждения: Льюис положился как раз на те логические схемы, которые отвергал, когда утверждался в знании якобы «объективного» мира. Последовательный вывод из веры во «вселенную, познаваемую чувствами», – «пойти дальше и разделить взгляды бихевиористов на логику, этику и эстетику». Но в их взгляды Льюис никак не мог поверить. Оставалась альтернатива, полностью признающая важность моральной и эстетической интуиции человека и не сбрасывающая ее со счетов. Для Льюиса оставался возможным лишь один вывод: «Наше мышление причастно космическому Логосу»[243]. И куда вел этот ход рассуждений?
Эту тему он исследовал в рассказе
236
Настигнут радостью // Собр. соч. Т. 7. С. 427.
237
Там же. С. 412. Полный текст переписки времен «великой распри» с иллюстрациями см.: Letters. Vol. 3. P. 1600–1646.
238
Лучшее исследование этой фазы в жизни Льюиса см.:
239
Настигнут радостью // Собр. соч. Т. 7. С. 413.
240
Там же. С. 414.
241
Подробный анализ этого подхода см.:
242
Настигнут радостью // Собр. соч. Т. 7. С. 411.
243
Там же. С. 414.