Сансара загнанной белки, или 22 жизни одной маленькой меня. Регина Мягкова
Чтение книги онлайн.
Читать онлайн книгу Сансара загнанной белки, или 22 жизни одной маленькой меня - Регина Мягкова страница 7
![Сансара загнанной белки, или 22 жизни одной маленькой меня - Регина Мягкова Сансара загнанной белки, или 22 жизни одной маленькой меня - Регина Мягкова](/cover_pre1349140.jpg)
***
Мама договаривается, сватает меня в садик – только сегодня только для вас по акции “садик для одного ребенка всего за один спальный гарнитур”, ну или что-то вроде того. Садик хороший и я хорошая. Так они говорили. У меня это первый садик, а я у садика не первая – до меня у него было много детей. Он встречает меня острым углом и бьет по лбу.
На прогулке я сижу одна в углу – я не знаю, как играть, а дети с собой не берут. Со мной общается дочка воспитательницы, но далеко не всегда. Иногда она убегает в общую компанию детей и тогда мне обидно, одиноко и непонятно. Мама регулярно общается с воспитательницей и с нянечкой – всячески налаживает отношения, чтобы ко мне лучше относились.
Нянечка кормит меня хлебом с медом вместо масла и досыпает сахар в кефир. Я та еще привереда. Воспитательница иногда забирает меня с собой вместо обеденного сна и мы идем в магазин. А дети… дети меня не то чтобы не принимают, они меня не видят. Мам, детям не нужны гарнитуры и колбаса. Детям нужны горки, синяки и равенство. Мне всегда вкладывают в голову, что я лучше. Если со мной не общаются, значит это они все дураки, а я кисонька. Мяу. Нельзя заставить детей дружить.
На мартовском девочковом празднике мальчик Игорь дарит мне в подарок носовой платочек, цветочек и что-то еще. Его мама рассказывает, что он волновался – готовился заранее. Взрослые умиляются. А я горда собой, счастлива от полученного внимания и полна взрослого женского превосходства. Больше никому ничего не подарили.
Все детство я расту отдельной. Меня так воспитывают и я не умею иначе. Осознаю это после просмотра спектакля, где говорят русским по белому: “Ты отдельная”. Меня взрывает, накрывает чувством горечи и процессом горевания от размера утраченного и потерянного. Можно же было иначе. Оказывается. Кто-нибудь знает, как?
***
В садике я ем очень плохо. Мне везёт и со мной за одним столом обедает очень толстый мальчик. Он ест все. За себя и за меня тоже. Я и дома-то очень избирательна. С детства не ем овощи, фыркаю от зеленого цвета на тарелке, часто большую часть еды отдаю соседу по столовке. Могу весь день ходить голодной – то, что не нравится, есть все-равно не буду.
С воспитательницей идем куда-то в тихий час, она поддерживает беседу:
– А что ты обычно ешь? Что любишь?
– Мясо большими кусочками или курочку.
– Ну у тебя губа не дура!
Это в окончание 80-х. Вечером рассказываю маме. У меня ощущение хорошей шутки, от мамы веет самоудовлетворением. В нашей семье сильно важно материальное, оно не то чтобы важнее морального, но к нему стремятся,