Flagelação. Los siete latigazos que más dolor causaron. Eugène Gatalsky
Чтение книги онлайн.
Читать онлайн книгу Flagelação. Los siete latigazos que más dolor causaron - Eugène Gatalsky страница 37
![Flagelação. Los siete latigazos que más dolor causaron - Eugène Gatalsky Flagelação. Los siete latigazos que más dolor causaron - Eugène Gatalsky](/cover_pre1364182.jpg)
– Далее буду рассказывать я, а ты, бренный Ангел, моя креатура, что мнит себя Первым, молчи, ибо не время двум голосам одинаково врать, то есть, рассказывать правду!
Но я изменился! Да, любимая, я тот ещё певун, но мои нервы совершенно иные теперь! Итак, под именем Диониса я восседал на незаслуженно присвœнным себе троне и вслушивался в далёкие песни вакханок, иногда незримо появляясь среди них:
Быком обернись, ты наш Вакх, ты наш бог,
явись многоглавым драконом,
иль львом золотистым ты в очи метнись!
Я прошёл мимо своих вакханок к небольшой речке, водами которой юный Парис омывал ноги Елене Прекрасной. Речной бог Ксанф был на стороне троян, поэтому вода была нежнее танцев Терпсихоры, милой балерины-музы, и убаюкивала не только погружённых в истому любовников, но и даже меня, полубога, который просто проходил неподалёку! Ох, и таинственны для меня Рыбы, какая ещё авария может нас настигнуть, моя любимая? Не меч, не злость отвергнутой от трона Весты, а лёгкая вода усыпила меня, Дионисову ипостась! И я уснул. Я прослушал жесточайшую битву за стену, громко бренчавшую мечами где-то в Трœ, зато я сладко видел будущее, железную птицу, которую мы оседлæм, и видел старого Зигмунда Фройда, который путался во всех твоих именах на букву «К», пока ты нагло и в то же время стеснительно покачивала изящной ножкой перед его лицом, сидя в его лондонском кабинете, наблюдая за окном мягкие снежинки, шестой фрейдисткий и не столь фрейдисткий девятый удары плетьми от Звёздного Брата по заднице Песочной Сестры…
Ψψ
Но что кончится, когда символы разобьются? Исчезнет ли мир, когда закроются вопрошающие очи, когда Адам, дающий всему имена, залезет обратно в свою скорлупу? Если спрашивать меня, то я вот серьёзно думаю, что даже после краха нашего с тобою мифа, любимая, миф в конце концов переварит любого рода пришельцев и неприятелей – в конце концов Рим перемолол захвативших его Германарихов и Атилл. В конце концов острова брата Геркулеса всегда будут нашими островами, даже если вплоть до наших дней их будут населять додеканесские турки – ибо пространство мифа сильнее пространства людей, и чем древнее, тем и сильнее! Да, наш Додеканес был под властью итальянцев где-то до Первой Мировой войны, и что? И Византия с её православием здесь царедворила, так и пусть! Не в языках, не в народах и не в религиях дело! Вон, ромеи говорили на греческом, разве это сделало их ближе к пространству нашего великого мифа? Нет. Они, как и турки, как и латиняне, только питались нашим жизненным соком, сохраняя свой ветер в свœй голове. Но мы и наш миф, мы вне голов и вне мирового порядка! А почему? А потому! Развёрнутый ответ был бы признаком слабости. Мы есть, и мы будем, как мы были! Как зажглась искра, так и не погаснет!