Контур жизни. Яу Шинтун
Чтение книги онлайн.
Читать онлайн книгу Контур жизни - Яу Шинтун страница 13
![Контур жизни - Яу Шинтун Контур жизни - Яу Шинтун](/cover_pre667554.jpg)
Владела и управляла школой Пуй Чин баптистская церковь, и директор школы был видной фигурой в церковной иерархии, хотя я лично никогда не вникал особенно в религиозную сторону вещей. Занятия в школе начинались в 8:30. Как правило, у нас было несколько уроков с утра, обед в полдень, а затем еще пара уроков, которые заканчивались в 15:15. Поезд уходил ровно в 15:30, так что нам приходилось бежать из школы на станцию, в противном случае мы на него не успевали.
Привыкнуть и приспособиться к строгости академического климата Пуй Чина мне было нелегко, поскольку в моей предыдущей школе в Шатине учились в основном дети фермеров, намного проще относившиеся к академическим успехам. Новая школа была намного ближе к верхушке общества, и меня нередко дразнили за поношенную одежду и за объедки, которые я приносил на обед, вместо того чтобы нормально поесть в одном из близлежащих заведений.
В средних классах учитель был не слишком мной доволен, поскольку я много болтал во время уроков. Школа работала по четвертной системе, и в конце каждой четверти каждый учащийся должен был показать родителям замечания учителей и получить под ними подпись. «Любит разговаривать и вертеться» – так выглядела первая запись учителя обо мне. После второй четверти комментарии были аналогичны, а в третьей четверти я «немного улучшил поведение».
Первый год в новой школе я трудился довольно усердно, намного усерднее, чем привык, но такого усердия, очевидно, было недостаточно, чтобы удовлетворить учителей. Два предмета доставляли мне самые серьезные проблемы: музыка и физкультура. На уроках я пел отвратительно и никогда не попадал в ноты. Учитель еще усугублял и подчеркивал эту проблему – он часто ставил перед классом лучших и худших певцов и просил их петь. Мои соло нелегко было выносить: и слушателям, и особенно мне самому. Никто не хотел петь вместе со мной из опасения, что пострадают их собственные оценки заодно с моими.
Учитель не проявлял милосердия к моим музыкальным недостаткам. В те времена волосы у меня на голове, как правило, стояли дыбом, и как бы я ни старался, я был не в состоянии заставить их лежать аккуратно. «Вы видите, насколько этот мальчик ленив, – часто жаловался учитель музыки. – Он совершенно не умеет петь и ленится даже причесываться».
В первый год я завалил музыку, несмотря на все усилия научиться петь: каждую субботу я занимался с двоюродным братом, который был преподавателем игры на пианино. Мне пришлось пересдавать музыку летом, и на этот раз я ее сдал. Но в моем личном деле так и осталась красная отметка, символизирующая несданный зачет, – ни один учащийся не хотел бы иметь такую