Фундаментальные основы права. Компаративистика в юриспруденции.. А. Г. Чернявский
Чтение книги онлайн.
Читать онлайн книгу Фундаментальные основы права. Компаративистика в юриспруденции. - А. Г. Чернявский страница 15
![Фундаментальные основы права. Компаративистика в юриспруденции. - А. Г. Чернявский Фундаментальные основы права. Компаративистика в юриспруденции. - А. Г. Чернявский Аспирантура (КноРус)](/cover_pre370149.jpg)
Сообразно основным началам философии Локка, мораль есть сложная идея (под идеей Локк подразумевает всякую концепцию ума). Все идеи, по Локку, простые или сложные. Простые идеи – это те, которые даются в ощущениях как идеи цвета, мягкости, жесткости, тепла[47]. Сложные идеи есть плоды деятельности ума или, во-первых, соединяющего несколько идей в одну, или, во-вторых, подчиняющего несколько простых или сложных идей одна другой, или, в-третьих, отделяющего идеи от других идей, в сопутствии с которыуЬ они находятся в действительности (например, цвет с предметами)[48].
Сложные идеи, по Локку, разделяются на три рода:
• образные (modes), причем сложная идея не поглощает простые идеи, из которых она образовалась, например треугольник, благодарность, убийца;
• субстанциональные – такие комбинации простых идей, посредством которых образуется нечто отдельно существующее. Так, мысль и мышление, соединяемые с субстанцией, образуют идею человека; идеи армии, стада;
• относительные – такие сложные идеи, в которых заключается сравнение одной идеи с другой[49].
Очевидно, что, по Локку, идея добра есть сложная идея, относящаяся к области отношений, определяемая простыми идеями удовольствия и страдания, или, иначе говоря, идея добра образовалась в нас посредством обобщения всего того, что когда-либо доставляло нам удовольствие, а идея зла – обобщение всего, что заставляло нас страдать, всего, что доставляло нам несчастье. Если бы таким образом образовалась в нас идея добра, то для каждого она значила бы нечто совершенно особое – она означала бы сумму случайностей в жизни каждого: для одного добро означало бы случаи, когда он пил вино или ром, а для другого – когда он ел стейк или бифштекс; для одного – возможность потанцевать, для другого – упражняться в гимнастике. Идея добра потому не может быть выведена из опытных ощущений, что она не обозначает только наши ощущения к ощущениям, что в нашей мысли есть правила, оценивающее сами ощущения. Не из суммы ощущений удовольствия мы извлекаем идею добра, но, наоборот, сами удовольствия мы должны согласовать с идеей добра. Мы не властвуем над идеей добра, но она властвует над нами, часто отравляя то, что доставляет нам удовольствие.
46
47
Ibid. Book II, chap. II. § 1.
48
Ibid. Book II, chap. XII. § 1.
49
Ibid. Book II, chap. VII. § 4–8.