Kobiety w Europie Środkowo-Wschodniej w perspektywie interdyscyplinarnej. Группа авторов
Чтение книги онлайн.
Читать онлайн книгу Kobiety w Europie Środkowo-Wschodniej w perspektywie interdyscyplinarnej - Группа авторов страница 32
![Kobiety w Europie Środkowo-Wschodniej w perspektywie interdyscyplinarnej - Группа авторов Kobiety w Europie Środkowo-Wschodniej w perspektywie interdyscyplinarnej - Группа авторов](/cover_pre861697.jpg)
Затем в стихотворении А. Цветаевой возникают отсылающие к гоголевским паннам тонкие брови и длинные ресницы:
Что я знаю о тебе? Страницу
В том учебнике девичьих дней?
Именам твоим мой слух дивится…
Да под тонкой бровью длинные ресницы
На портрете бабушки моей…
Мотив длинных ресниц в контексте с горячим взглядом повторяется в шестой строфе:
Предков, родичей давно уж прахом лица, –
Но с того портрета длинные ресницы
Нежный взгляд метнули горячо!268.
Эта деталь – ключевая в портрете польской панны из Тараса Бульбы: «Она потупила свои очи; прекрасными снежными полукружьями надвинулись на них веки, окраенные длинными, как стрелы, ресницами»269. Вызывающие страсть длинные ресницы являются значимой деталью в стихотворении М. Цветаевой из цикла Марина (1921), посвященному другой польской панне (Марина Мнишек): «– Чем заплачу за щедроты: / Темен, негромок, непризнан… / Из-под ресничного взлету / Что-то ответило: – Жизнью!»270.
Далее А. Цветаева вводит музыкально-танцевальные (клавесин, менуэт, полонез)271 и живописные образы («шалостей золотокрылых покрывало») П. Веронезе (1528–1588):
Знаю: это ты во мне играла,
Как на клавесине менуэт.
В дни, как нашу юность покрывало
Шалостей золотокрылых покрывало,
Как с картины Поля Веронез!272.
Польскую женскую ментальность здесь воплощает венецианский маньеризм Веронезе (шелковые и парчовые одежды). Это барочное богатство форм, движение, аристократическую роскошь, праздничность, кипение жизни мы видим, в частности, на картинах Похищение Европы и Сусанна и старцы273.
Именно польские «гены» бабушки, польский характер (гордость, достоинство, смех) помогают А. Цветаевой в ситуации предельной несвободы остаться внутренне свободной, не смириться с тюрьмой и лагерем:
И теперь, когда уж зрелость хочет
В старость перейти в стенах тюрьмы –
То твоя во мне гордыня сердце точит,
Головы твоей посадка мне пророчит
Плен, – ибо вот так родились мы,
Шею не сгибая… Изменить? Смириться?
Отвечать врагу через плечо!274.
Гордость как ключевой концепт в восприятии польской панны также восходит к Гоголю (в Тарасе Бульбе панночка именуется «гордой женщиной»275) и к образу Мнишек в стихе М. Цветаевой, обращенном Ахматовой (…Но вал моей гордыни польской, 1921)276.
Стихотворение завершается образом «темного поезда» (отправка по этапу в дальневосточный лагерь), где А. Цветаева слышит польскую речь, которую хочет выучить и в которой для нее звучит духовная несломленность:
266
М. И. Цветаева,
267
М. И. Цветаева,
268
А. И. Цветаева,
269
Н. В. Гоголь,
270
М. И. Цветаева,
271
Стихотворение
272
А. И. Цветаева,
273
Паоло Веронезе,
274
А. И. Цветаева,
275
Н. В. Гоголь,
276
М. И. Цветаева,